Братан — Розенбаум Александр

От окурков банка пухнет, дом от дыма повело,

И в жиру застыл обглоданный мосёл.

С братаном сидим на кухне за обеденным столом,

Водку пьём и вспоминаем то да сё.

Как мама сыпала горох в угол горницы

Пьяный отчим стол бодал, только не мычал,

Помнишь, Серый, как тепло было в дворницкой,

Где татарин нас, малых, привечал.

Голубей сожрала кошка, да он и был всего один,

Голубь сизый, беспородный, как и мы.

Но закусил губу Серёжка, кошку финкой засадил,

Оставалось нам два года до тюрьмы.

И проснулась в нас тогда кровь отцовская,

Мать признала, что мы с ним теста одного.

Нас бояться отчим стал, бел лицом стоял,

Если мы с братухой шли на него.

Провожали утром ранним от родимого крыльца

Намотала жизнь шальная первый срок

И протянула нам маманя телогреечку отца,

Перелатанную вдоль и поперек.

Согревала нас она, молью битая,

Ровно тысячу семьсот сорок восемь дней,

А когда ушел я с зоны на "крытую"

Уступил братан, на "крытой" нужней.

Но не дождалась нас маманя и тихонько померла

В аккурат на годовщину Октября.

А отчим, гад, пропал на БАМе, на него не держим зла:

Всё, что было в этой жизни, всё не зря.

И я гоняю в "дальнобой", а серый - стропалем,

Три пацанки на двоих да один сынок.

Раз в неделю посидим, взяли - хлопнули,

Беспородные, как тот голубок.

Вроде выпили немного, дом от дыма поседел,

Размотало, растащило по нутру,

И собираться стал Серега - трудный был сегодня день,

Да и мне опять в дорогу поутру.

И ничего, что я не стал академиком,

Не прошла мимо меня жизни красота.

Пусть кому-то и трудны понедельники,

А мне полегче, если рядом братан.